Виктория всегда всё держала под контролем. Рабочий график расписан по минутам, встречи — только по делу, а личная жизнь — аккуратно вычеркнута из списка приоритетов. Ей тридцать пять, она возглавляет отдел стратегического развития в крупной компании и наконец-то получила шанс, о котором мечтала несколько лет. Контракт с инвесторами из ОАЭ. Сумма огромная, репутация на кону, и если всё сложится — её имя будут произносить с уважением в самых разных кабинетах.
Но за несколько дней до вылета в Дубай пришло письмо, от которого у неё похолодели пальцы. Партнёры сообщили, что работают исключительно с семейными людьми. Никаких исключений. «Человек, у которого есть семья, обладает честью», — так прямо и написали. Виктория перечитала текст трижды, надеясь, что ей показалось. Не показалось. Отказаться от сделки означало потерять всё, над чем она работала последние два года.
Она сидела в своём кабинете до полуночи, пытаясь найти выход. Устроить свадьбу за три дня? Невозможно. Придумать умершего мужа? Слишком рискованно. Тогда взгляд упал на список сотрудников, открытых на экране. Роман. Тот самый Роман, который уже третий год работает её помощником. Спокойный, исполнительный, никогда не спорит, но и не лебезит. Главное — холост. И выглядит достаточно убедительно.
На следующее утро она вызвала его к себе. Без лишних предисловий объяснила ситуацию. Роман сначала молчал, потом тихо спросил, серьёзно ли она. Убедившись, что да, кивнул. Сказал только одно: «Хорошо. Что мне нужно делать?»
Они вылетели в Дубай через два дня. В самолёте отрепетировали основные моменты: как познакомились, как делали предложение, где провели последний отпуск. Виктория старалась говорить ровно, но внутри всё сжималось от мысли, что любая мелочь может их выдать. Роман же казался на удивление спокойным. Он даже шутил, что теперь обязан называть её «дорогая» на людях, и спрашивал, не обидится ли она, если он иногда будет забывать это делать.
В Дубае их встретили тепло. Ужин в ресторане с видом на Бурдж-Халифа, долгие разговоры о семье и ценностях, внимательные взгляды хозяев. Виктория улыбалась, отвечала на вопросы, держала Романа под руку. А он, к её удивлению, не терялся. Отвечал уверенно, иногда вставлял небольшие детали, которые она сама не придумывала: как однажды она заставила его полчаса выбирать между двумя одинаковыми галстуками, или как он научил её правильно заваривать мате. Всё звучало так естественно, что она пару раз поймала себя на мысли — а ведь действительно могло бы быть.
Самый сложный момент случился на второй вечер. Один из инвесторов, пожилой мужчина с добрыми глазами, попросил их рассказать историю их первой встречи. Виктория замешкалась на долю секунды. Роман мягко сжал её ладонь под столом и начал говорить. Про дождливый вечер, про то, как она забыла зонт, а он отдал свой и промок до нитки. История была полностью выдуманной, но он рассказывал её так, будто сам в неё верил. Все вокруг улыбались, кто-то даже вздохнул умилённо. Виктория смотрела на него и впервые за долгое время почувствовала, что не одна в этой игре.
Контракт подписали на третий день. Когда чернила высохли на бумаге, Виктория позволила себе выдохнуть. Они вышли из здания, сели в машину и долго молчали. Потом Роман повернулся к ней и спросил:
— Ну что, миссис на один контракт, возвращаемся к нормальной жизни?
Она посмотрела на него. На его спокойные глаза, чуть растрёпанную после долгого дня причёску, на лёгкую улыбку, которой раньше почти не замечала.
— Не знаю, — ответила она честно. — Может, не сразу.
Самолёт в Москву вылетал только вечером. А пока они шли по набережной, смотрели на огни города и молчали. Впервые за много лет Виктории не хотелось ничего планировать наперёд.
Читать далее...
Всего отзывов
0